методы

Л. Е. Брумберг учил меня всего один год, но это время стоило институтской пятилетки, подобно тому как единственная изданная при жизни брошюрка Яворского, которым я тогда увлекался, стоила увесистых томов. Один урок я запомнил навсегда.

В сонате Скрябина были скачки, иногда я ошибался и брал соседнюю ноту - не помню, какую - допустим, фа... "Скажите, а почему Вы берёте фа, если в тексте написан фа#?" - спросил он. Я стал отвечать, но Брумберг недовольно прервал меня, сказав: это всё не о том. Вы будете тренироваться, а в решающий момент вдруг опять не попадёте... Но мне просто непонятно - написано же фа#, а Вы упорно берёте фа... Может быть, у меня плохая редакция?

И он ушёл в другую комнату. Я слушал звуки поисков в книжном шкафу и чувствовал себя идиотом... прежде всего, я не понимал, что происходит. Через несколько минут он вернулся и - с порога - торжествующе показывая на строчку в другом издании - воскликнул: и здесь фа#!

В этом месте я не ошибался более ни разу.

Вообще, главное, что я вынес из этих уроков - было умение заниматься не занимаясь. Например, время рисования по холсту намного меньше времени рисования самой картины. Брумберг освобождал сознание от устоявшихся клише, в том числе от практики "обязательного" пребывания пианиста за роялем - отрабатывать, вникать и просто наслаждаться исполнением оказалось возможным где и когда угодно.

UPD через два года после этой записи я прочитал MInd-Sculpture (1999) Робертсона и поразился тому, насколько всё похоже...